Детство Шелдона Купера было непростым. Его ум работал не так, как у других детей. Пока сверстники гоняли мяч или играли в куклы, он размышлял о квантовой физике. Дома его увлечения тоже не находили понимания. Мать, женщина глубоко верующая, молилась за его душу, видя в науке угрозу для веры. Отец, в прошлом тренер по футболу, предпочитал простые радости: холодное пиво, телевизор с матчами и покой. Он с трудом понимал сына, говорившего сложными терминами.
Со сверстниками отношения не складывались. Дети считали его странным, а он их — недалёкими. Их игры казались ему бессмысленными. Вместо того чтобы думать о велосипедах, Шелдон ломал голову над практическими вопросами. Например, где раздобыть редкие материалы для опытов. Его особенно занимала проблема получения обогащённого урана, что пугало учителей и вызывало недоумение у одноклассников. Он чувствовал себя одиноким, но наука была его убежищем, миром, где всё подчинялось логике и порядку.